Алексей Невзоров. Клуб пожилых фронтменов | Библиотека "Политология" | ПолитНаука - политология в России и мире. Статьи, книги, учебники. История политических учений, теория политики, прикладная политология... 
ПолитНаука - политология в России и мире ПолитНаука - политология в России и мире
ПолитСообщество
ПолитЮмор
ПолитСсылки
ПолитПочта
Персоналии
Подписка


Алексей Невзоров

Клуб пожилых фронтменов

Враги, разделенные дверью, молча стали тянуть карандаш к себе. Победила молодость, и карандаш, упираясь, как заноза, медленно выполз из скважины. С этим трофеем Остап возвратился в свой номер. Компаньоны еще больше развеселились.
- И враг бежит, бежит, бежит! - пропел Остап.
Двенадцать стульев. Ильф и Петров

Впереди нас ждет шквал дежурных комментариев о "давно прогнозируемом" провале "либералов" и о "давно предсказанной" решительной победе национал-патриотического блока "Родина". Масса рассуждений о том, что будет делать Путин со свалившимся на него "конституционным большинством": означает ли это конец "переходного периода" с его экономикой и всякими институтами или нет. Не обойдется без криков "Россия, ты одурела-2" или плача Новодворской на стене российской демократии по жертвам путинского Холокоста - СПС и Яблоку.

Давайте взглянем на происходящее под несколько неожиданным углом - возрастной смены политически лиц, а значит, и естественной "смены курса" при смене поколений. Посмотрим по еще свежим следам, как ковалась в прямом эфире победа "националов", неотличимая от поражения "либералов". Когда в ответ на обвинения в "коричневой плесени" "старые правые" получали в упор от "новых левых" вполне убедительное - "либеральный фашизм". При полной "свободе слова" спорщики незаметно для самих себя находились в рамках одного новомодного дискурса.

Так что такое "свобода слова"? С ходу возникают две ассоциации: "так называемая" и "это сладкое слово". На самом деле, "свобода слова" - это только политическое реалити-шоу. Самоназвание полит-дебатов на НТВ - главной арены предвыборного цирка, где собрался весь этот джаз, так говорят одни. Но, как считают другие, - "сакральное место" нашей медиа-политики. Туда, дико извиняясь, ползет на коленках Жириновский, на ходу увольняя верных псов охраны. Там собрались все лидеры - фронтмены главных шести медиа-партий, еще имевших шансы представительства в Думе. (Вот на экране мелькнул присевший на ступеньки, как Ленин на Третьем съезде Коминтерна, Павловский, на ходу дописывая сценарий выборов в ноутбук.) Столпились политгуру, вперемешку со статистами, актерами, клакой и экспертами.

Ритуальное действо по форме и сюжету напоминало трогательную эстетику безалкагольной комсомольской свадьбы: то же натужное веселье, те же напыщенные речи. Гости со стороны жениха, гости со стороны невесты и просто гости со стороны. Собрался весь цвет медиа-политики, оправдывая ранее данное определение виртуального лица власти во всей его полноте. На дебатах не было только партий, которым уже все равно положено быть в Думе. "Партии власти" - ЕР с ее половинкой рейтинга Президента и "оппозиции" ее величества власти - КПРФ, не желающей (по словам Зюганова) участвовать в "этом омерзительном спектакле". Это была последняя дележка думских подголосков в "домашнем кинотеатре".

Все партийные команды были удивительно похожи на команды КВН. Они подготовили вопросы на разминку, домашние задания и заготовки, коварные ловушки, расставляемые членами команды противнику. И наконец, сама сцена, где лидеры партий сидели на креслах со словом к народу, поразительно напоминала о конкурсе капитанов. Поведение неизменного ведущего с микрофоном только усиливало сходство с Аликом Масляковым: он метался, походно острил, вытягивал незаметно социально близких. Не хватало только самоназначенного жюри со школьными оценками и пространными объяснениями залу, почему после подарка каравана верблюдов все очки ушли бакинской команде. Вместо этой "свободы слов" - полная свобода линий: магических графиков с биржи умственного труда. Они, видимо, демонстрируют рост ваучера свободы на вложенный бушель или баррель слов.

Само имя ведущего - Савик (с уменьшительно-ласкательным русским суффиксом) наводило на мысль о вечно продолжающемся КВН. О тесном провинциальном клубе, пусть веселых и находчивых, но с только местными знаменитостями. Толик, Борик, Вовик, Ирик, Жирик. Вся эта "-ик-ота" обозначала запанибратскую атмосферу студенческого капустника, где все давно свои - птенцы гнезда ЦеКова. И где всякое соленое словцо и дежурное обвинение "подлец" и даже глагол "обосрать" выглядит куда уместней, чем ожидаемые зрителем обсуждения итогов приватизации. Когда все свои, становится не так заметно, что КВН давно умер. Умер как смех, умер как шоу, зато стал шатуном-вампиром. Этаким советским Носферато телеэкрана или бизнес-репликой площадного искусства агитбригад.

Назначение юмора молодых - это сублимация сексуального. Это попытка поразить шуткой противника или врага в борьбе за самку. При агрессивной словесной стычке до драки унизить противника, заставить его признать психологическое поражение. Тогда дальнейшей борьбы может не быть - осмеянный уступает место другому самцу. Здесь женский смех (а зрители и постановщики "Аншлагов" знают термин "гинекологический смех зала") означает награду победителю или готовность отдаться. Отсюда весь этот, так раздражающий взрослых, хохот в подростковых компаниях; все эти безудержные и неостановимые девичьи всхлипы в метро. Это истерия подавленного сексуального, как несостоявшегося политического - как недовыясненных отношений врага и друга.

Назначение юмора пожилых совсем другое - это имитация политического, как сублимация смерти сексуального. Ведь это остроумие уже не призвано ранить и убивать, поскольку врагов давно уже нет, как нет и физиологической причины для вражды и ревности. Мы видим, что наши фронтмены образуют клуб пожилых ветеранов сцены. Засаленную колоду или заскорузлых рассказчиков затасканных политических анекдотов.

Наши фронтмены делятся на три группы по возрасту: старики, пожилые и старые молодые. Самые древние из них - это два сувенирных дедушки: фарфоровый и резиновый. Один - Лапшин (1934) - похож на святочного Санта-Клауса, который в рождественскую ночь защитит бедного крестьянина. Его собрат по электоральному несчастью - Райков (1936) так и не вырос из "крупного одномандатника" (70% в округе) в лидеры Народной партии (1,2% по списку). (Недаром предлагалось заменить нардеповского фронтмена на Андрея Николаева или ушедшего в "Родину" Рогозина.) Но тут главное было не победить, а погубить идею перонизма как мощного популистского ресурса. Народная партия сегодня отстала в политике навсегда, как СССР от Японии в электронике - проще оказалось развалиться, чем догнать и победить. Лицам аграрно-народных партий уже лет по семьдесят - это много больше средней продолжительности жизни по стране у мужчин (58 лет).

К этой опасной черте уже вплотную приблизился суетливый старик Жириновский (1946). Борец за сильную армию прятал своего сына до 31 года от армии в очных и заочных вузах, как прячут бендеровца в схроне. Теперь, заслоняя собой все, вождь гноит "либерально-демократическую" молодежь в Думе. Они томятся, как бледные ростки картофеля в подвале, как неудавшиеся принцы в мощной тени отца Хамлета. Комедийный Сатурн по-настоящему поедает своих детей.

В нише пожилых находятся сразу "два-популиста-два": один для плебса, а другой - для интеллигенции. Явлинский (1952) на заготовленный в ЛДПР вопрос, почему пророк "светлого демократического будущего России" спрятал своих детей в Лондоне, смог лишь дежурно отшутиться. Он, дескать, хотел, чтобы все дети России жили не хуже его детей. Дай Бог, как говорится, родиться во Львове и жить потом как Березовский в Лондоне. При чем здесь Россия с ее ржавыми трубами ЖКХ? Зачем всплескивать руками, как слесарь-интеллигент, что здесь всю систему менять надо.

Группа "старо-младо-реформаторов" своим инфантильным поведением и подростковым видом, напоминала рано состарившихся от клея пубертантов. Как писали классики, молодая была уже немолода. В этой нише и заматеревший "молодой реформатор" Чубайс (1955), и его погодка Хакакмада (1955). Ставшая не только бабушкой нашей демократической революции, но и самой настоящей бабушкой (ее 24-летний сын родил внучку). Немцов (1959), по общему мнению, только что вышедший из жеребячьего возраста, тоже далеко не мальчик. Старые молодые старались эксплуатировать свою прошедшую молодость, но энергетики (кроме РАО ЕЭС) уже нет.

Моложе и энергичней всех смотрелся блок "Родина". Глазьев (1961) выглядел куда ответственней и взрослее всех "ответственных переговорщиков" и младореформаторов. Рогозин (1963), отгоняющий словом ветерана Жириновского и гоняющий по политической степи рыжего Чубайса, выглядел вполне задорно.

Но молодым зрителям (20-25 летним) было непонятно, почему все эти пожилые люди и почтенные политические старцы ведут себя на сцене так недостойно. Поливают грязью, встают в боксерскую стойку, глупо хамят. Разве они не знают, что пожилой клоун уже к 50 годам должен заработать себе актерскую пенсию? А старик Жириновский через два года даже выйдет на пенсию имени Починка по старости. Говоря его же образным языком, дедушке пора на дачку, в парничок. "Дайте ему леечку, пусть поливает огурчик, согнувшийся крючком, или щупает свои вялые помидоры, - не правда ли, Владимир Вольфович? Можно и продолжить: - Он заслужил покой, пусть себе пока гуляет по дорожке - ведь каждый шаг приближает его к смерти".

Через четыре года (к новым выборам) эти пожилые фронтмены не будут моложе, ведь среди них нет даже тридцатилетних. Это поколение геронтократов задавило молодых, как разлагающийся старый труп ельцинизма страну. Молодые отвергнут отжившее поколение пожилых фронтменов с их принятой на пожаре Конституцией, с их компроматными извивами биографии. Эти старцы уже не могут разобраться ни в своих интервью, ни в своих голосованиях, ни в своих противоречивых законах. Ясно обозначившийся сдвиг баланса партий в сторону национализма требует прихода новых энергичных сил. Основной раздел будущих выборов 2008 года пройдет по линии "молодые - старые".

И молодые национал-консерваторы, одними из первых предложившие новый лево-консервативный дискурс, имеют шанс получить свое прямое представительство в Думе 2008 года. А не просто стать интеллектуальным мотором новой "партии режима". Отказываясь выступать с позиций медийного или вируального патриотизма как риторической фигуры, и проговаривая реальные проблемы учреждения государства, они выстраивают образ будущего России как самодостаточной и уверенной в себе страны. Имитаторы "либеральных демократий" и виртуалы "либеральных империй" должны уступить место реальному, уступить место новым консерваторам, пусть без политической биографии, но и без родовых пятен "младореформаторства".

Новые молодые политики скажут вслух: нам неизвестно, что подписал за бутылку отец или что за ваучер вы всучили моей матери. У меня нет ничего, я пришел взять все Целое, принадлежащее мне по праву. За годы "реформ" немало хлама нанесло на то место, где было Государство, но придет время - и мы сметем весь этот хлам!

Через четыре года, в "Новом Иерусалиме"!

Источник: Русский Журнал. 8 декабря 2003 г.

Rambler's Top100 copyright©2003-2008 Игорь Денисов